![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=88.8){kind=small}
Реклама называет Синтру, сейчас известный курорт возле мыса Рока, одним из любимейших мест Байрона, но никаких связей с этим местом в его биографии я не нашла. Где-то в районе этой Синтры мы решили искупаться на одном из пляжей. Но океан оказался таким же свирепым и первозданным, как и на мысе. Купаться в обжигающем прибое невероятной силы мы так и не решились. 
На пляже есть станция классического серфинга, но волна настолько битая и холодная, что серферы не особо лезут в воду.
- Music:Louna
На следующее утро, выписавшись из отеля и улизнув от копов, которые, закладывая штрафные квитанции под дворники, на наших глазах уже подбирались к нашей машине, мы отправились на самую западную точку Европы. 
Отсюда начинаются многие километры Атлантики. Ближайшая суша - Америка.
Знаменитый маяк. Внутри находится музей, где всем желающим выдают сертификаты: "Я был в самой западной точке Европы". 
Говорят, что на камне написано: «Здесь заканчивается Земля и начинается Океан». Автор этой очевидности – Камоэнс.
Белен – западная часть Лиссабона, где Тежу впадает в Атлантический океан. Здесь расположены знаменитые мост 25-ого апреля, монастырь Жеронимуш, памятник первооткрывателям и башня Белем.
Жеронимуш назван в честь святого Жерома и принадлежит монашескому ордену иеронимитов. Основал монастырь в 1450 году Генрих Мореплаватель – организатор множества исследовательских и захватнических походов вдоль западного побережья Африки. С тех пор монастырь стал отправной точкой для всех португальских путешественников. Здесь похоронены первопроходец в Индию Васко-да-Гама и поэт Камоэнс.
Васко-да-Гама 
Камоэнс
Камоеэнс, как и многие из поэтов, знаменит не только стихами, но и трудной судьбой. В юности из-за неудачной любовной интрижки он потерял покровительство богатого и знатного дяди, после чего подался на заработки в Лиссабон, где влюбился во фрейлину самой королевы. Понимая очевидный бесперспективняк этого мезальянса, он тихо страдал и писал грустные стихи, потом 7 лет отсидел в тюрьме за драку с вельможей, а затем отправился матросом на Гоа. Да-да, раньше на Гоа ездили на заработки. Тут он попал удачно: его судно как раз отправлялось во вторую экспедицию под руководством Васко-да-Гамы. В пути, наслушавшись баек и вдохновившись океаном, Камоэнс написал большую часть знаменитых «Лузиад» - эпического стихотворного цикла, посвященного освоению новых земель, прославлявшего мужество и героизм португальцев, короче, «Португальскую Одиссею».
Архитектурные детали Жеронимуша напоминают пещерные сталактиты и сталагмиты, а сам монастырь кажется высохшим замком из песка, которые строили в детстве, выливая из ладоней крендели и завитушки жидкого песка.
Внутри монастыря. Готические паутинки и все такое.
Вот такой он длиннющий, этот Жеронимуш.
Возле монастыря мы обнаружили "Урал" с коляской. 
Напротив монастыря, на набережной Тежу, находится знаменитый на весь мир Памятник Первооткрывателям, пятиэтажный гигант, выполненный в форме корабля. Из первопроходцев в Индию мы с детства знаем имя Васко-да-Гамы, но надо понимать, что его многочисленные предшественники практически проложили ему проторенную дорожку в Индию. Идея плыть вокруг Африки, в обход занятых англичанами и арабами Гибралтара и Суэца пришла португальцам, когда Вашку (так его называют соотечественники) еще пешком под стол ходил. Его предшественники исследовали побережья Африки и наставили свои падрамы (памятные столбы, означавшие, что эти места по праву открытия принадлежат Португалии) аж до самой Калькутты.
Строители памятника не обидели никого – ни тех, кто безуспешно пытался штурмовать проливы Гибралтар и Суэц, ни тех, кто проложил дорогу вокруг Африки, ни тех, кто построил правильные корабли, способные преодолеть столь длинный путь и подогнанные под африканские мелюки. Полный список увековеченных в камне можно найти в Википедии. 
Мозаика перед памятником - карта мира в розе ветров.
На самом верху монумента – смотровая площадка, с которой открывается отличный вид на реку, океан и мост 25-ого апреля.
Этот мост был построен в 1960 году и вначале назывался мостом Салазара. По нему проходит условная граница впадения Тежу в Атлантику. 25 апреля 1974 года посредством «Революции Гвоздик» в Португалии был свергнут режим и началось развитие демократии. Благодаря тому, что революционное движение возглавили офицеры португальской армии, а также вследствие смерти самого Салазара в 1970-ом и послабления режима, революция получилась бескровной. По легенде, когда вооруженные войска революции вошли в город, некая продавщица гастронома Селеста Сейруш вложила зазевавшемуся солдату в дуло винтовки гвоздику. Ее примеру последовали другие жители города.
Вид на башню Белем с верхней площадки памятника Первооткрывателям.
Вид на ту сторону реки.
Марина под памятником.
На этой оптимистической ноте, я, пожалуй, и завершу свой рассказ о Лиссабоне. На следующий день с утра пораньше мы покинули столицу Португалии и отправились на мыс Рока.
- Music:T-Rex
Согласно статистике международной дорожной федерации, Германия и Голландия входят в число наиболее безопасных для вождения стран. Португалия же наоборот – в число самых опасных. В чем мы и убедились, едва пересекли границу. Дороги стали ощутимо кривее, а перепад высот – значительно больше. Меня укачало, и я отрубилась, Зеленый тоже, а Сашка мужественно довел машину до Лиссабона, куда мы, дважды оштрафованные, въехали в первом часу ночи.
Наш отель Pensao Londres в квартале Байру-Алту был наполовину завешен зеленой строительной сеткой. Но нам с Саней повезло – наши окна она не завешивала. Комната была больше в высоту, нежели в длину и ширину, с лепного потолка свисала огромная люстра, как в Елисеевском. Под ней располагалась старинная двуспальная кровать, застеленная гобеленом. Ванна – на этаже, но просторная, теплая и очень чистая, заставленная уважаемой во всем мире португальской сантехникой.
Саня оставил меня спать, а сам поехал отвозить Зеленого, который жил в другом отеле, в километре от нас. Вернулся глубокой ночью со словами: «Это не город, это – пиздец!!». Не знаю, что произвело на него большее впечатления – закоулки ночного Байру-Алту или негр, просивший сигарету и 50 центов на еду себе, а потом и подружке.
Лиссабон, как и Москва, стоит на семи холмах. Только холмы эти гораздо выше московских. Город построен по обоим берегам устья реки Тежу (здесь она впадает в Атлантику). Национальный состав Лиссабона, как столицы, прекрасен: 97% его жителей – уроженцы Португалии. И все поголовно католики.
Вид с нашей улицы
Посмотрев на карту центра Лиссабона, вы сойдете с ума от кривизны абсолютно нелогично расположенных улиц. Первая мысль: «Неужели так бывает??». И она еще не раз придет вам в голову, пока вы будете гулять по Лиссабону. Ровная сетка Байши соседствует с «кишками» Кастильи, элегантные и архитектурно безупречные площади Россиу и Коммерсио – с бардаком Байру-Алту, а с одного района на другой перемещает лифт или допотопный трамвай. 
Мы жили на самом верху и почти в самом центре. С нашей улицы были видны бесчисленные террасы красно-белых домиков, сползающих к Тежу. Спустившись по улочке, где ходит символ Лиссабона трамвай-фуникулер, мы попали на площадь Restouradores и решили поесть морепродуктов в одном из ресторанов. Площадь застроена домиками в стиле Мануэлино (португальский вариант Ренессанса), возникшего во времена правления Мануэля Счастливого (начало XVI века) – период наибольшего расцвета и могущества Португалии. Мануэлино – это Ренессанс с ярко выраженными примесями мавританского стиля и экзотики, ведь XV-XVI века – это еще и эпоха великих географических открытий.
Прямо посреди площади к нам прицепился негр, предлагающий гашиш, и Сашки с ним чуть не подрались.
В Лиссабоне дома любят обкладывать керамической плиткой. Плитку они переняли у арабов.
Рекомендованный в путеводителе «Пиноккио» нам не понравился, и мы свернули на узенькую улочку, где половину проезжей части занимали столики.
Здесь на нас накинулись сразу три официанта, и мы засели в их кафе. Один расставлял приборы, другой на более-менее сносном английском давал комментарии по меню, а третий уже разливал портвейн и ставил на стол карпаччо. Пока мы ели, к нам приставали продавцы очков и сувениров. Мафиозного вида мужики совали нам под нос стремного вида изделия со словами: «Рей-Бэн, ориджиналь рей-бэн!». 
Ресторанные лобстеры.
После обеда мы прошлись через площадь Россиу мимо театра Марии II с гигантской террасой на втором этаже, на которой среди античных колонн расположился целый тропический сад с огромными пальмами и фонтанами, и поднялись обратно на верхние улицы на лифте Санта Жушта, который соединяет район Байша с Байру-Алту. Высота его шахты - 45 метров. Башня выполнена из чугуна, отлитого в готическом стиле.
Лестница на смотровую площадку на верхней опоре лифта.
Вид со смотровой.
"Где все улицы в море, словно реки, впадают, и дома, как баркасы, на приколе стоят"...
Архитектор лифта Рауль де Понсар был учеником Густава Эйфеля. Лифт поднимает прямо ко входу в готический монастырь Карму, который, вместе с большинством зданий, был разрушен землетрясением в 1755 году.
Его не восстанавливают в память о землетрясении. В останках кафедрального собора готовилось какое-то световое шоу, поэтому вовнутрь нас не пустили.
На одной из нижних улиц, которые отлично просматриваются сверху, шел небольшой, но активный митинг.
Мы снова спустились к набережной и закупились портвейном в магазине напротив Министерства Обороны.
Набережная и мои любимые оранжевые пальмы.
Пытаясь выбраться на море, наткнулись на лагерь местных бомжей на пустыре, а потом вышли к паромному порту, где переправляют население на ту сторону Тежу. Оттуда добрели до Praca Do Comercio – центральной площади Лиссабона, с трех сторон окруженной зданиями министерств. Своей близостью к воде, зданиями в стиле барокко и памятником посередине она очень напоминает Питер.
Здесь мы сели на автобус и поехали в западную часть города (Белен) к монастырю Жеронимуш.
Этот замечательный город навсегда останется в нашем сердце. Именно отсюда эвакуировали нашу тачку и именно здесь нас оштрафовали за непристегнутого заднего пассажира. Именно здесь – самая отвратительная кухня. 
Короче, для тех, кто не понял - за окном свиные ноги )
Тем не менее, город действительно красив. Саламанку называют «золотым городом», потому что все здания ее исторического центра построены из удивительного камня, который светится на солнце. Саламанка стала расти и развиваться после 1218 года, когда в городе открылся университет, среди выпускников которого – Лопе де Вега, Сервантес и Колумб. Последний выклянчил у своих преподавателей и монахов Сан-Эстебана благословение на плавание в Индию, а вследствие этого – и спонсорскую поддержку из королевской казны.
В город мы заехали пообедать и взглянуть на гигантский Catedral Nueva (новый кафедральный собор). Не такой уж он и новый – строили его с 1513 по 1733, и не зря – вышло одно из самых потрясающих архитектурных творений, которые я когда-либо видела.
Времени у нас было мало, поскольку именно в этот день у нас был запланирован самый длинный автоперегон – 1200 км из Аркашона в Лиссабон через всю Испанию.
Мы припарковались на одной из улочек возле Plaza Mayor, где был знак «парковка запрещена», но под знаком стояло еще несколько машин, и отправились искать едальню.
Plaza Mayor – вместительный прямоугольник, замкнутый четырьмя галереями.
Раньше здесь устраивались всякие увеселительные мероприятия вроде аутодафе. Знать собиралась в верхних этажах галерей, там для них накрывали столы, а простой народ толпился внизу вокруг эшафота. Каждый год 15 августа на одной из верхних галерей вывешивался испанский флаг с изображением быка. Это означало, что открыт сезон корриды. Здесь в одной из множества кафешек мы отведали отвратительный испанский бизнес-ланч (Господи, за что ты проклял этот народ, заставив их питаться паэльей и стейками из тунца??) и двинули в сторону собора.
Стиль, в котором построен этот гигант эпохи Возрождения, называется Платереско и представляет собой испанский вариант пламенеющей готики. Напротив собора – знаменитый Casa di Conchas («Дом ракушек»).
Ракушки – символ пилигримов – покрывают все его стены от фундамента до крыши.
На доме с ракушками - вот такие клетки. То ли канареек в них держали, то ли людей...
Дом построил ректор университета Саламанки Родриго Малдонадо в 1517 году, как раз в те времена, когда знать только начала перебираться в города из замков, где они прятались от мавров в период Реконкисты.
Недолго погуляв по историческому центру, мы вернулись к месту, где оставили машину… но машины не обнаружили. Забрать тачку со штраф-стоянки нам обошлось в 130 евро. Но на этом наши неприятности не закончились. На выезде из Саламанки нас остановили менты и оштрафовали еще на 100 евро за непристегнутого заднего пассажира. Короче, Испания нам вапще не понравилась.
Это был наш самый далекий перегон (1200 км) и самый трудный день.
Аркашон – курортный город на берегу Биская, в 200 км от границы с Испанией, центр устричной промышленности. Миновав многочисленные кемпинги, мы свернули на общественный пляж. На то, что он общественный, намекала табличка: «NO RESCUE. SWIMMING AT YOUR OWN RISK». Подъехав на машине вплотную к океану, мы сразу побежали купаться. Песчаное дно без единого камушка, теплая вода. Океан прекрасен своим спокойствием и мощью, отраженной в мерном плеске высокой волны, в которую опускается солнце. Из воды мы вылезли в сумерках, осталось найти, что пожрать, а спать мы решили прямо на пляже.
Главная достопримечательность Аркашона – самая высокая в Европе дюна Пила, но мы на нее не полезли – темно. Поехали искать магазин, но все супермаркеты в округе были уже закрыты. Пришлось заказать пиццу в привокзальной кафешке, и она оказалась удивительно вкусной. Вокзал, кстати, был непростой, а для TGV.
После ужина мы вернулись на наш пляж, постелили спальники и уснули. Всю ночь по пляжу шлялись какие-то хиппанутые личности, а под утро нас чуть не замело песком.
Спалось нам превосходно. Утром, чистив зубы, мы лицезрели плещущихся в реке лебедей. Доели остатки ужина, который остался с обеда в Латинском квартале, собрали лагерь и поехали изучать французскую глубинку.
Саня выясняет у местного как пройти до старой часовни.
Остановились на второй завтрак в какой-то деревушке. В непосредственной, как и все французское, забегаловке, пили кофе и чесали языки местные жители. С кофе парни уплетали выпечку (patisserie) – всякие эклеры и киши, а я – багет с паштетом.
В качестве представителя многочисленных замков Луары мы выбрали Блуазский – смесь поздней готики и итальянского ренессанса.
Надо сказать, что весь Блуа построен отнюдь не в духе ренессанса. Готика, и только ранняя готика. Замок знаменит событиями XV века, коими были Столетняя война и вылившаяся в Варфоломеевскую ночь борьба католиков с гугенотами. Собственно, вся кровавая драма была спровоцирована обитательницей замка Екатериной Медичи.
Другая женщина, с которой связана история Блуа, – революционерка-освободительница Жанна д’Арк, французский средневековый Че Гевара, причисленный католиками к лику святых. Понятно, почему французы любят англичан такой же пламенной и взаимной любовью как нас хохлы: с незапамятных времен, как только один из берегов Ла-Манша ослабевал, другой пытался его захватить. В 20-ые годы XV века, во время Столетней войны, Жанна д’Арк вела по-настоящему освободительную войну против англичан. Орлеан долгое время оставался островком свободы от Англии, но и он был захвачен. Д’Арк тогда нарядилась в мужское платье, села на коня и подняла население Франции на бой против оккупантов.
Война с англичанами совпала с гражданской войной между королем Шарлем VII и неожиданно решившими отделиться бургундцами. Жанна д’Арк вместе с Орлеаном вернула власть и поддержку Шарлю VII, и с тех пор зовется Орлеанской Девой. Бургундцам это, понятное дело, не понравилось, они поймали Жанну и казнили как еретичку за то, что не носила платье. Но, как написано в повести «Мальчиш Кибальчиш», казнь героя не остановила народное сопротивление, и в 1453 году Франция освободилась от ига британцев. Столетняя война закончилась.
Панорама города Блуа
В замке Блуа началась карьера Франсуа Вийона. Здесь он выиграл поэтическое состязание при дворе Шарля Орлеанского. О том, как это было, можно прочитать в «Балладе состязания в Блуа».
На площади перед замком – Maison de la Magie, музей магии. Каждый день в определенное время из его окон вылезает настоящий дракон!
А вот как это выглядит на youtube:
http://www.youtube.com/watch?v=DKaEzlmEx
Блуазский кафедральный собор
Мы зашли в церковь Святого Ломера и долго рассматривали страшные фотки африканских детей, которым собирали гуманитарную помощь. Зашли в кафедральный собор в стиле романской готики. Он более старый и менее известный, чем Нотр Дам. Выглядит аутентично, стильно, похоже на правду. И арабов внутри нет. Зато есть статуя Орлеанской Девы. По преданию, Жанна д’Арк молилась здесь перед Орлеанской битвой.
Блуазский кафедральный собор изнутри
Памятник Жанне д'Арк в Блуазском кафедральном соборе.
Церковь Святого Ломера
В блуазской creperie я съела самый вкусный за всю поездку сэндвич – индейка, яйцо, майонез, салат во французском багете. Глядя на эти бутеры, мы вспоминали «сэндвичи по-маевски». Интересно, первокуры до сих пор едят эту гадость??
- Location:Белгород
В душе моей - все цели без дороги,Поройтесь в ней, и вы найдете лишь
Две полуфразы, полудиалоги,-
А остальное - Франция, Париж...
Вечером 18 сентября мы пролетели Бельгию и въехали во Францию. История этой страны кровава и насыщена событиями: множество войн, три революции, а всех красивых женщин, как выразился Саня, сожгла инквизиция. В 1958-ом президентом так называемой «5-ой республики» стал Шарль де Голль, и все наладилось, а его именем назвали аэропорт в Париже. В Париж мы прибыли около девяти. Наш отель Les Jardin d’Alesia оказался довольно уютным, а Зеленому вообще достался номер с мансардой, на которой можно было бухать с видом на вожделенные парижские крыши.
В 11 мы выбрались из отеля с целью дойти до Эйфелевой башни, но сначала необходимо было поужинать. Rue Alesia, в принципе, недалеко от центра, в 1 км от Монпарнаса. На улице сухо и где-то +10. Все забегаловки, кроме вездесущего Сабвея, закрыты. Пошатавшись вдоль Рю д Алезья, мы-таки зашли в пустой ресторан, где уже тоже подавали только напитки, но согласились накормить нас пастой карбонара. Выпить мы взяли красного вина и на закуску «fromages» (тарелку с сырами) и луковый суп. Несмотря на то, что в этом ресторанчике нам выставили самый большой счет за всю поездку – 80 Евро, Саня Попов все-таки решил оставить официанту чаевые, потому что, во-первых, нас накормили посреди ночи, а во-вторых официант прыгал вокруг нас и не обламывался, как большинство французов, говорить по-английски. Удачно заполировавший вином вискарь Зеленый, однако, был категорически против, из-за чего мы все чуть было не подрались, но внимание удалось перевести на проходившего мимо ресторана негра. Вискарь, вино и 500 км по автобану взяли свое, и без малейшего сожаления вместо башни мы отправились спать.
Зеленый поднял нас в 8 утра. Завтрак в стоимость отеля не включен, пришлось раскошелиться на 6 евро. На них мы, конечно, наелись от пуза – круассаны в Париже действительно самые вкусные. На Марсово поле решили ехать на машине. На улице потеплело до +20, светило солнце. Припарковавшись на Rue de Suffren, мы еле-еле нашли табачный киоск, где продаются карты для парковки (минимальная стоимость – 15 евро, на эти деньги можно забыть про машину на 4 часа). Дошли пешком до Эйфелевой башни. Париж с ее верхней площадки – буйство зелени и белого камня. Чтобы полюбить этот город, надо хоть раз увидеть его с высоты 300 м. Даже вода в Сене кажется абсолютно зеленой. С промежуточной (куда еще ведет лестница) и с верхней площадки все видится совершенно по-разному. Монмартр, например, со 2-ой площадки – холм, с третьей – абсолютно плоское место. С верху мы плюнули и, как истинные маевцы, пустили самолетик.
Наверху продают бокалы с шампанским.
Похоже, башню действительно перекрашивают в красный цвет...
В парке под башней толпы пенсионеров играют в петанк. Мы вернулись к машине и поехали в Латинский квартал, поскольку идти пешком сил не было. Латинский квартал – студгородок вокруг Сорбонны, где путеводитель обещал самую дешевую еду. Сорбонна открылась несколько раньше Маевника, в XII веке, как объединение нескольких церковных школ. Еще достопримечательности Латинского квартала – Люксембургский сад с фонтаном Медичи и Пантеон (пафосная коллективная усыпальница цвета французской нации). Все эти чуда мы пробежали мимо в поисках приличной едальни.
Наши поиски окупились суперским луковым супом и мясом, которое, однако, плохо жевалось. После сытного обеда нам ничего не оставалось, как глянуть на Нотр Дам и двинуть в Орлеан.
Наверное, в Нотр Дам стоит идти рано утром, чтобы не мешала толпа народу.
Нотр Дам был построен в XII-XIII веках, на пересечении тяжеловесного романского стиля и ранней готики. На трех порталах романского фасада – тысячи фигурок, передающих сюжеты из жизни Богородицы и Святой Анны. Центральный портал посвящен, естественно, страшному суду.
Будучи площадкой для торжеств по случаю изменения количества членов королевской семьи, Нотр Дам испытал на себе все ключевые события французской истории. В 1302 году в его стенах собрался первый французский парламент. Во времена первой революции анархист Робеспьер приказал отрубить головы всем 28-ми иудейским царям на фасаде собора, так как был в принципе против всех царей, даже каменных. Наполеон в 1802 году вяло начал восстановление фасада, затем в 1841 построили шпиль, который, кстати, плохо виден на классических фото собора. Когда в тридцатые годы XIX века собор стоял практически в руинах, его плачевное состояние вдохновило Гюго на написание знаменитого романа, который у нас известен, в основном, благодаря мюзиклу с Петкуном.
Внутренние галереи собора имеют готическое каркасное строение. Арки опираются на нервюры, нервюры – на колонны. Создается воздушность паучьей сети. Добавьте насыщенность голубого света в воздухе, которая достигается с помощью витражей. Лично у меня – прямые ассоциации с игрой Starcraft. В галереях вы не найдете ни одной фрески: готика в разы увеличила оконную площадь и вытеснила настенную живопись.
В Нотр Даме хранится одна из главных реликвий христианства – венец Христа. Когда Византия обанкротилась, французы выкупили ее за бешеные деньги. А смотрителями работают арабы.
Ну и не могу не написать про мою любимую нечисть, украшающую наружные поперечные балки крыши. Горгульи изображены в виде вылетающих из окон собора зверьков, а химеры спокойно уселись на крыше.
Сроки: 17.09 – 2.10 2011.
Маршрут: Дюссельдорф – Амстердам – Париж – Блуа – Аркашон – Саламанка – Лиссабон – мыс Рока – Тарифа – Валенсия – Гренобль – Шамони – Червино – Штутгарт.
Километраж: 6300 км.
Бюджет: 75000 руб. на рыло.
Машина: Chevrolet Cruise (пробег – 16 км =)).
Фото: Сани Попова и Сани Сабирова.
Амстердам
Прилетев утром в Дюссельдорф, мы взяли машину и поехали в Амстердам.
Незаменимая примочка в Европе – круиз-контроль, однако, обладает ли ей ваш арендованный четырехколесный друг, вы узнаете, только сев за руль – то есть, после полной оплаты. Кстати, что это будет за машина, для вас тоже окажется сюрпризом: при бронировании вы выбираете не марку, а класс автомобиля, то есть в опции стоит, например, “Ford Mondeo or SIMILAR”. Нам вместо Форда Мондео достался Шевроле Круз c двигателем 1,8, и эта сука вообще не разгонялась. Мы предположили, что ее специально прошивают, чтобы не жестко обкатывали – она ж новье, тока с завода.
Наша машина и Санек Сабиров. Обратите внимание на истинно амстердамскую рекламу автобуса на заднем плане.)
Сразу скажу, что Thrifty.com – дурная контора. Они не указали в инвойсе цену на обязательную страховку, и когда мы были на месте, нам пришлось выложить еще лишних 23 евро в день. Таким образом, стоимость машины у нас возросла вдвое! А выбора-то уже не было: все соседние конторы хорошие машины уже раздали. Когда же мы вернули машину, нам выдали бумагу, что все ОК и разблокировали депозит, по прошествии нескольких дней, у Сани неожиданно сняли 60 Евро якобы за дополнительную мойку. Когда Саня пригрозил оспорить транзакцию, деньги вернули. Так что больше мы с ними не связываемся.
Без навигатора в Европе делать нечего. Мы взяли свой из дома, Саня закачал карты IGo.
По пути ели в столовой для немецких пенсионеров – сосиска, картошка, овощи (на самом деле - 3 вида капусты). Все, кроме сосиски, очень пресное и диетическое.
Заехали в местный «Реал». Цены дешевле московских.
Бросается в глаза вездесущая европейская умеренность. Вокруг нас – одни малолитражки. Клюшки, пыжики и любимая Санина машина – Ford Ka.
Въехали в Амстер и ищем нашу гостиницу.
К 2-м часам дня были в Амстере. Отель Belfort (110 Евро за 3-м номер) – не фонтан, но чистый. Рядом - улица Overtuum, где находится известный клубешник Overtuum 301. На ресепшне китайцы, в холле европейские укурки стремного вида и наши отечественные гопники. Китайцы объяснили, где ближайшая бесплатная парковка. Заселились, бухнули и завалились спать.
В 11 вечера мы с трудом выбрались из отеля, и цели у нас было 2 – пожрать и Red Light District (Квартал Красных Фонарей).
Пожрать мы хотели в ближайшем тайском ресторанчике, но он уже закрылся. В поисках еды мы набрели на эфиопскую кухню. Еду нам принесли на большом медном подносе, есть предполагалось руками, и все было очень острым. Мясо неизвестно кого принесли в горшке на спиртовке. Короче, еда более прикольная, нежели вкусная. Запивали мы все это кокосовым пивом из калибасов. Все эфиопы вокруг нас вкушали ужин с довольным видом.
Саня не слишком доволен ужином. )
В Амстердаме во всех кафе и барах – живые цветы. Долгоиграющие розы с плотными лепестками и, конечно, тюльпаны. Причем ставят их чаще всего прямо в пивные бутылки.
Поужинав, мы решили зайти в Overtuum 301, где обещался фест Dub Explorations. За разрисованной железной дверью – коридор с инсталляциями роботов и человечков на пружинках. Каждый встречный подносил палец к губам и говорил «Тсс!». Ловя центряки и съеживаясь от цыканий, мы дошли до зала, но войти так и не решились. Внутри происходило что-то непонятное и мало похожее на busy night.
Трамваи перестают ходить в 0.30. Есть еще ночные автобусы, но мы о них не знали, и поэтому поехали в центр за 15 евро на такси.
С самого начала Амстердам производит впечатление тотального европейского безумия и хаоса. Дождь. Толпы пьяных и укуренных. Запах моря, мочи и марихуаны. «Девочки» в витринах не такие уж и соблазнительные. На наших мужиков большое впечатление произвела негритянка с членом.
Саня Попов хотел выкурить косяк, но, не найдя отклика в наших душах, решил купить завтра в кафешопе и выкурить на океане.
Часа в 2 ночи мы зашли в хеви-металлический бар с доспехами рыцарей и подвешенным к потолку мечом, где бармен периодически выдавал барабанное соло на стаканах. Из-за расслабленной и дружелюбной атмосферы амстердамские бары не отличаются от дахабского Зе Три, недаром Дахаб называют «восточным Амстердамом».
В общем, ночной Амстердам меня не сильно впечатлил – думаю, из-за того, что я не могла дунуть.
На следующий день мы выписались из отеля и поехали к цветочному рынку. По пути зашли в секс-шоп и кафешоп.
Погода снова мерзкая. Весь день льет дождь. Тем не менее, вокруг полно велосипедистов с зонтами и без и девушек в уггах. Интересно разглядывать людей, превративших центр своей столицы в большой пиздец специально для туристов. Голландцы – воистину панковская нация.
Вдоль канала Singel от площади Konings до площади Munt протянулся цветочно-сувенирный рынок, где я ожидала увидеть тысячи букетов роз и тюльпанов, а вместо этого увидела одни «корешки». Оказалось – рынок для садоводов.
Канал Siegel - один из множества в Амстердаме.
Светофоры, которые выносили нам мозг.
Сами того не ведая, мы отобедали в одной из самых популярных голландских забегаловок (мы-то думали, она турецкая) – FEBO. Внутри вертикальных полочках за стеклом лежали традиционные крокеты – мясные биточки в сухарях странного оранжевого цвета. Национальным блюдом мы побрезговали, взяли гамбургеры и «фахитас» (шаверма в пите), который оказался у Зеленого на штанах, ибо он пытался есть это кулинарное чудо за рулем.
А вот знаменитую амстердамскую селедку или herring sandwich мы так и не попробовали…
- Location:MOW
